Друг мой, Сашка

Хотите испугаться по-настоящему? Читайте невыдуманные мистические истории. Почувствуйте настоящий ужас встречи с необъяснимым, которым щедро с вами поделятся на нашем сайте...

Друг мой, Сашка. Мы с ним с детства вместе. Во дворе в футбол играли, из рогаток стреляли и прочие мальчишеские игры. В школу вместе тоже ходили, просидели за одной партой все 11 лет. Ну и в институт один пошли. Благополучно отучились, он даже красный диплом заполучил. В общем-то, все продолжалось совершенно хорошо. Мы работали в разных фирмах, но виделись достаточно часто. И вот настал прекрасный момент, Сашка с девушкой познакомился. Хочу сказать, что ему не очень-то везло в любовных делах, в отличие от меня. Поэтому, я искренне за него радовался, конечно же. Отношения их развивались стремительно и уже примерно через полгода они подали заявление в ЗАГС. День свадьбы, праздник, веселье, пьяные гости. Таким счастливым я его, наверное, не видел никогда. Может быть, только в его девятый день рождения, когда ему долгожданный велосипед подарили. Это, конечно же, совсем разные вещи, но в день свадьбы, как и тогда, с его физиономии улыбка не сходила.
Через некоторое время он мне пожаловался, что у них никак не получается завести ребенка. Тема щекотливая, Саня очень стеснялся об этом говорить. Жутко краснел и прятал глаза. Я его уверил, что все будет нормально, все у них получится. Главное, как говориться, стараться и не унывать. Вроде бы, друг успокоился. Впрочем, эту темы мы больше не поднимали.
Настал мой день рождения. Я устроил бурную вечеринку у меня на даче. День рождения у меня в июле, поэтому дача — оптимальный вариант. Народу я позвал уйму. Тридцатник все-таки. Когда все уже достаточно напились и все смели со стола, на небе уже во всю сияли звезды. К этому времени многие разъехались. Остались на даче всего несколько человек: я, Санек с женой и еще пара ребят, тоже с женами. Я их всех разместил по комнатам, сам пошел в свою. В гордом одиночестве. Проснулся от, извините, того, что меня кто-то нацеловывает. Хм… девушки у меня в ту пору не было… я дернулся и в темноте еле разглядел знакомый силуэт. Глазам своим не веря, зашипел — Ты что творишь? Саня, мой друг!!! Все верно, это была его жена. Она так настойчиво меня домогалась, ясно, чего ей было надо. Я смотрел на нее в темноте, вытаращив глаза, а она заигрывала со мной. Только зрачки сверкали в лунном свете. — А ну, пошла вон! Она ушла, а я в шоке пролежал до утра.
Утром, еще полупьяные гости потихоньку начали выползать в кухню и требовать воды или кофе, кому что было нужнее. Сашка был такой радостный, шутил, вспоминал ситуации, которые происходили вчера. А мне было стыдно на него глаза поднять. Хотя, по сути, что я сделал? Я тайком глянул на его жену, а она хитро так улыбнулась мне и подмигнула! Вот тварь! Другого слова к ней я подобрать не мог! Саня мой лучший друг, как брат! Я хотел списать все на пьяный сон, но после этого взгляда ее, я был уверен — приходила ко мне! И как мне быть теперь? Сказать другу или нет? Но он ведь такой счастливый, глаз с нее не сводит практически, ходит за ней. Ладно, черт с ним, постараюсь забыть.
Но забыть мне не удалось. Через несколько дней Сашка уезжал в командировку. Всего на неделю. В следующий же вечер, после его отъезда, у меня зазвонил телефон. Звонила, конечно же, его жена. — Привет! Что делаешь? Может быть, пойдем кофе где-нибудь попьем? — Тебе чего от меня нужно? Твой муж только что уехал! Как тебе только совесть позволяет? А она в наглую так — А что, если ты мне нравишься? Я в бешенстве швырнул трубку. Вот Саня попал, думал я, такую суку пригрел! Телефон разрывался, но трубку я не брал, уверенный, что звонит опять она. Когда мне уже осточертело слушать трели, я схватил трубку и заорал — Что тебе надо?! На том конце провода был Сашка — Эээй, чего разорался? Как дела у тебя? И смеется. Я успокоился, говорю — Да балуются, названивают. Поболтали с ним и напоследок друг мне заявил — Последи за моей женой, я очень за нее волнуюсь! Ты не представляешь, как я люблю ее! Я вяло согласился, думая о том, что волноваться не о том надо.
Примерно за день до приезда друга, его жена пришла ко мне домой. Черти принесли. Не открыть я не мог, потому что она настойчиво названивала в дверь и твердила — Открывай, я знаю, что ты дома. Голос еще такой слащавый. Меня от нее, если честно, уже тошнило! Я открыл дверь, но в дом ее не пустил. Отчитал ее последними словами — Ты с катушек, что ли съехала?! У тебя муж завтра приезжает! А она мне на шею кидается, целоваться лезет. Еле отцепил ее от себя. — Как ты себя ведешь, потаскуха? Проваливай отсюда! Она на меня глазами сверкнула, прошипела — Ты еще пожалеешь! Развернулась на каблуках и рванула вниз, даже лифт не вызывала.
Как и положено, Саня вернулся через неделю, встретились у них дома. Посидели, поболтали, друг подарков привез. Как будто не по работе ездил, а отдыхать. Веселый еще такой, радостный. И жену свою все обнимает, ну, это понятно. А она мне глаза свои подлые строит. Мне стало неуютно и я, попрощавшись, ушел.
Всю ночь промучился в раздумьях, рассказать или нет другу, что жена-то до меня домогается. Решил — расскажу. Раз она никак угомониться не может, то это никогда и не прекратится. Дождавшись подходящего времени суток, чтобы позвонить, я пошел к телефону. Но я не успел. Саша позвонил мне сам. — Премию выдали! Хочу что-нибудь Светке купить. Пойдем, посоветуешь мне и просто за компанию? Конечно же, я пошел. Всю дорогу меня грызла мысль о его жене, о том, как ему сообщить. Сашка как птица летал просто, от чувств. Выбрали в ювелирном браслет ей и серьги. Упаковали нам красиво. Домой мы через парк пошли. И тут я решился, говорю — Давай присядем, мне поговорить с тобой надо. — Ну, давай. Сашка выглядел так беззаботно. — Ну? Что там у тебя? Смотрит мне прямо в глаза, довольный, счастливый. Улыбка от уха до уха… Ладно, решился — Светка лезет ко мне, Сань. В ночь, после моего дня рождения в пастель ко мне прыгнула, я выгнал ее. Когда ты уезжал, она мне звонила, а потом пришла, на шею вешалась, целоваться лезла. Сань, гони ты ее подальше, а? Сашка изменился в лице так резко, как не бывает, наверное. Брови нахмурил, в глаза мне глядит строго. — Это правда? Я — Брат, ну когда я тебе врал? — А почему сразу не сказал? — Да тебя пожалел, ты вон, как идиот, ходишь. Счастливый! Саша встал и пошел прочь. Я не стал его останавливать, пусть подумает наедине с собой.
Через три дня он мне позвонил и вызвал на разговор. Голос такой же серьезный. Договорились встретиться у моего подъезда. Когда я вышел, Саня уже стоял, ждал меня. Я ему руку протягиваю, а он мне в морду как зарядит. Кровь из носа хлынула, на асфальте лежу, а он на корточки рядом со мной садится и сквозь зубы мне говорит — Ты, сука, к жене моей больше не подходи. И не переваливай на нее свою озабоченность. Я ей верю больше, чем тебе. Радуйся, что за изнасилование к ментам не пойду, заявление на тебя писать! Встал, уходить начал, а потом вернулся и добавил — Ты, подонок, обрюхатил жену мою. За один раз, а мы не могли со дня свадьбы. Я больше знать тебя не хочу. Не друг ты мне! И ушел… Я даже слова все забыл, что знал за свои тридцать лет. Что это сейчас было? Как обрюхатил? Воздушно-капельным? Или в ту ночь, мой сон был настолько крепок, что я и не заметил ничего? Подождите, так я же четко помню, как выгонял ее ко всем чертям из комнаты!!! И спал я одетым тогда. Что за бред?
Я вытер ладонью кровь и побрел домой. Звонить другу было бесполезно. Да что там, другу… он ведь отрекся от меня, нет у меня друга больше. Вот стерва, что же она ему наговорила? Я звонил Сашке целыми днями, практически без перерыва. Решил все-таки пойти к нему. Уж дверь-то, может быть, он откроет мне? В квартиру я трезвонил минут пятнадцать, пока соседка не открыла и не наорала на меня. Сообщила, что переехали они. — А куда, не знаю! Уходи отсюда, а то милицию вызову!
Что же делать? Неразрешенная проблема, потерянный друг и эта змея, которая с ним и лжет ему с честными глазами! Я был в отчаянии. Мысли не давали мне ни спать, ни есть. Я похудел, все валилось из рук, с работы даже уволили. Я заперся дома и думал, думал, думал. Пока бессонницу не схлопотал.
Однажды ночью, сидя на кухне, заваривая очередную чашку кофе, я заметил, что на микроволновке мигают цифры. Знаете, часы ведь на них обычно, а тут цифры бегали, как ненормальные. Как будто кто-то жал кнопку установки времени. Я равнодушно наблюдал за этим действом, потом просто вырвал вилку из розетки и ушел в комнату. Включил телевизор и погрузился в бессмысленную череду рекламы, магазина на диване, глупых ток-шоу. На кухне что-то упало. «Черт, все не так у меня» — подумал я и даже не сдвинулся с места. Следом за грохотом запищала микроволновка. Подождите, я же вырвал ее из сети. «Я схожу с ума, вот тебе и ответ». Следом за писком, который начал учащаться и как будто становился громче, я услышал, как хлопнул холодильник. Раз, второй, третий… пять… двадцать. Дверца хлопала как человек в ладоши. Хлопки, сопровождаемые нестерпимым писком и звоном посуды. Складывалось ощущение, что началось землетрясение. Личная кухонная тряска. Я прислушивался, вдавливая свое тело в кресло. Не знаю, страшно мне было или просто удивительно, объяснить я не мог. Решив все же обследовать обстановку, я попытался встать, но… я не мог пошевелить даже шеей. Наверное, даже глазные яблоки застыли на месте. Пальцы, держащие чашку, сжимались, пока керамика не лопнула, порезав мне ладонь. Я чувствовал, как теплая кровь стекает по руке, капает на ноги. Шум на кухне, казалось, достиг пика и затих. Как будто звуки в принципе выключили. Все, которые существуют. Часы, ветер, мое дыхание, хотя я дышал, это я знал наверняка, потому что от каждого вздоха грудную клетку жгло. Мое оцепенение спало и я наконец-то опустил руку, из которой текла кровь. И звуки появились. Перемотав ладонь бинтом, я решился заглянуть на кухню. Никаких изменений. Шкафчики закрыты, холодильник гудит, микроволновка не работает, потому что выключена, как и было. У меня закружилась голова. «Наверное, это от кофе…»
Очнулся я на полу, посередине комнаты. Голова раскалывалась и гудела, как будто меня избили. Я смутно видел дальше своего носа, потому что глаза слезились, все плыло. Как из забытия какого-то, я очнулся и не мог прийти в себя. Еле поднявшись на локтях и прозрев, я заметил странную вещь. Все предметы в комнате были как бы немного в воздухе. Парили над полом буквально в трех сантиметрах. Кровать, шкаф. Даже предметы на полках были чуть выше. Как будто невесомость была в моей комнате, которая действовала на все, только не на меня. Я сидел на полу и озирался по сторонам. Вдруг резко все обрушилось на пол. Казалось бы, всего три сантиметра, но грохот был такой, как будто с потолка и с силой. Некоторые безделушки упали на пол и разбились. В следующую секунду осколки поднялись к потолку и начали кружиться, превращаясь в воронку. Я забился в угол и с ужасом наблюдал, осознавая про себя, что просто схожу с ума. Что это все от переживаний, от голода, от бессонницы… Я не мог кричать. Я даже не хотел. Это был не тот случай, когда глотка не слушается, нет. Я просто не хотел кричать. Может быть, я боялся, что осколки рванут в меня и я умру перерезанный. А кто меня будет искать? Я совершенно один. Друга нет, родителей тоже (они умерли десять лет назад). Зазвонил телефон, трубка снялась с аппарата сама и я услышал шипение. Треск. Потом шепот — Пожалеешь, пожалеешь, ПОЖАЛЕЕШЬ! Шепот срывался на крик. Трубка рванула на меня, но провод ей помешал. Я тогда поблагодарил всех святых, что телефон у меня старый, дисковый. Трубка, как живая, рвалась в мою сторону и скалилась. Там, куда обычно люди говорят, образовалась пасть. Множества острых зубов так и норовили вгрызться в мое лицо. Я от ужаса был настолько истощен, что упал и отключился.
Я не знаю, сколько я пролежал, мне показалось, что вечность. В глаза бил яркий свет. Я вздохнул облегченно, понимая, что все позади. Я уверял себя, что это всего лишь сон. Осмотрел комнату — все было на своих местах. Собравшись с силами, я оделся и пошел на улицу. У меня не было желания нестись из квартиры, сломя голову, переезжать в другой город, обращаться к гадалкам и прочее. Я просто почувствовал голод. Дойдя до ближайшего кафе, я заказал себе еды, как будто неделю не ел. Впрочем, так оно и было. Ранние посетители и официанты смотрели на меня с опаской. Я посмотрелся в окно, еле видно в нем было мое отражение. Себя я, конечно, не узнал. Растрепанные волосы, скулы выпирают. Я как из рассказа «Худеющий» С. Кинга. Я успокоил себя тем, что в окне отражения особенно не разглядишь, значит, выгляжу я лучше, чем вижу. Но все же не так отлично, как это было совсем недавно. До ссоры с Сашей. САША!!! О, боже, как же быть?! Мысли опять заполнили мой воспаленный мозг. Мне стало так тоскливо, так жутко и мерзко, что я не выдержал и зарыдал! Посетители за соседним столиком поспешили уйти. Мне не было никакого дела до них, я был погружен в свое отчаяние. Уткнувшись в ладони, я рыдал как мальчишка, которого впервые отец отходил ремнем по заднице.
Немного успокоившись, я поднял голову и с ужасом осознал, что нахожусь дома. Никакого кафе, никаких людей, никакой еды. Желудок предательски застонал, но я не обращал никакого внимания. Не до желудка. Я опять на полу, трезвонит телефон, хлопает холодильник, пищит микроволновка. И голоса. ГОЛОСА!!! Где они? В моей голове? Или здесь кто-то есть? Но кто? Я в панике озирался, никого нет. О, боги, я схожу с ума! За что мне это? Что я сделал не так? Я сжался в позу эмбриона, заткнул уши ладонями, но не мог отогнать это безумие. Голоса становились все громче, они гудели, звенели в моих ушах. Я чувствовал, что барабанные перепонки сейчас лопнут. По рукам потекла кровь. Сочилась сквозь пальцы. Уши, правда, кровоточили. Шум, грохот, ПАНИКА!!! Я сжимался в комок, но это не могло помочь. Я даже молился, я повторял отрывками слова, которые мог вспомнить. Не помня даже, как меня зовут, я стонал, я выл! Неужели не слышали соседи, что происходит у меня? НЕУЖЕЛИ НИКТО НЕ СЛЫШИТ ЭТОТ ШУМ? ПОМОГИТЕ!!! Я рвал волосы на голове, царапал глаза и щеки. Я пытался выдрать, соскрести, выгрызть из своей головы это безумие!!!
В руку что-то кольнуло. — Ай! Я открыл глаза. Улыбающееся лицо мед. сестры. — Все хорошо, отдыхайте. Я попытался поднести руки к глазам, бинты. Весь перебинтован. Что произошло? Если я сейчас опять увижу свою квартиру, я просто умру. У меня будет инфаркт. Или я выброшусь из окна, если найду силы подняться. Я осмотрелся вокруг и увидел, что на стуле, рядом со мной сидит Саша. — САШКАА!!! Хотел крикнуть я, но получился жалких хрип. Друг заулыбался, грустно как-то. — Ты очнулся. С возвращением, брат.
Я молча смотрел на друга и совершенно ничего не мог понять. Он подсел ближе и взял меня за руку. — Не волнуйся. Все уже закончилось. Все хорошо. Прочитав в моих глазах вопрос, он сказал — нет, ты ни в чем не виноват… Как-то отрешенно Саша посмотрел в окно, отпустил мою руку и вышел. Я определенно ничего не понимал. Голова раскалывалось, болели руки, лицо. ЛИЦО! Я же царапал лицо. Что же это за чертовщина была со мной? Саша, ты куда? Я только хрипел. Пришла медсестра и сделала мне еще укол. Я уснул.
Пока я лежал в больнице (к счастью, не в психиатрии, хотя ожидал себя именно там, после пережитого), Сашка не приходил ни разу. Я был практически без сознания все время. Под капельницами, потому что совершенно истощал. И эмоционально и физически.
Выписали меня только через два месяца. Видимо, состояние мое было слишком плохое. Причин, мотивов моего заключения в больницу я знать даже не хотел. Каково мое было удивление, когда я увидел, что из больницы меня встречает Саня. Я кинулся к нему, как ребенок. Настолько мне его не хватало. Я так сильно чувствовал свою вину, я совершенно уверил себя в том, что вина в нашем разладе была именно моя. Он успокоил меня и повел домой. К себе в квартиру я совершенно идти не хотел. В голове всплывали мрачные и жуткие картины происшествия. Но Саня повел меня к себе домой. Оказывается, он вернулся в свою квартиру. Мы прошли на кухню, друг заварил мне чаю. Всю дорогу домой, пока он заваривал чай, пока я пил его… мы молчали. Я чувствовал некоторое смущение. И слабость.
— Прости меня, Дим.
— Что? Я чуть не поперхнулся, настолько неожиданно Саша мне выдал эту фразу.
— Прости меня, Дим. За все. Ты не виноват, дело не в тебе. Прости, что в нос тебе влепил, что обвинил тебя в… Саша замолчал.
И тут я вспомнил о его жене.
— А где Светка? Подожди, у вас ж